Когда появился белорусский язык – История возникновения белорусского языка

История возникновения белорусского языка

История возникновения белорусского языка

ИСТОКИ ФОРМИРОВАНИЯ БЕЛОРУССКОГО ЯЗЫКА

В старину на территории нынешней Белоруссии вначале использовался праславянский народно-диалектный язык, который в VI веке преобразовался в древнерусский, а в IX веке – в старославянский. Историки сходятся во мнении, что формирование белорусского языка как самостоятельной величины идет примерно с XIV века. В основу легли говоры не только древних радимичей и дреговичей, но и смоленских, а также полоцких кривичей. Частично повлияли на развитие речи белорусов северяне, ятвяги, пруссы и другие балты.

В энциклопедическом лексиконе Санкт-Петербурга упоминается, что белорусский язык является прародителем великороссийского наречия. Верить в это или нет – решает каждый, ведь историки в данном вопросе не сходятся в едином мнении.

С определенного периода история оперирует четкими фактами:

  • XIV-XVII вв. – введение официального старобелорусского (западнорусского) языка. Речь идет о развитии письменности Великого княжества Литовского. Официально признавался на государственном уровне до 1696 года. В данный период известен как «рус(ь)кий е(я)зык» (второй вариант – «проста мова»).
  • XVII-XVIII вв. – замена на польский говор. Люблинская уния 1569 года заложила основу процесса устранения белорусского языка из употребления практически во всех сферах государства. Сохранился только в глубинках сел.
  • XIX-XX вв. – массовое появление белорусской литературы на основе принятой кодификации грамматики. После революции 1905 г. пришла новая власть, которая на уровне Российской империи поддерживала разные народности. На официальном уровне дали добро на использование белорусского языка для выпуска печатных изданий. До этого момента долгое время говорили о наличии «акающего южновеликорусского говора» без признания самостоятельности.
  • XX-XXI вв. – всестороннее развитие. Б.Тарашкевич в 1918 году разработал грамматику для белорусского языка. Труд преподавателя позволил обобщить традиции, сложившиеся на тот момент в публицистике. В 1933 году прошла реформа (неоф. «наркомовка»), которая внедрила несколько новых правил и норм.

Настоящее и будущее белорусского языка

В настоящее время национальная речь белорусов опирается на древнеславянский говор, польские и русские слова. Иногда попадаются заимствования из немецкого языка и латыни. В глубинках страны жители сел используют «трасянку» — грубую смесь русского и белорусского языков. Только люди, чей возраст превышает 80 лет, употребляют чистый белорусский народно-диалектный язык.

Референдум 1995 года придал русскому языку статус государственного. Президент Республики Беларусь в 2010 году на широкую публику заявил о выбранном курсе развития родного языка. Несмотря на принятые меры, ситуация все равно ухудшается. Сам А. Лукашенко, несмотря на призывы к населению учить белорусский язык, в обиходе чаще всего использует русский.

Если не будут приняты меры по популяризации и активной поддержке белорусского языка, он может исчезнуть. По классификации ЮНЕСКО этому языку присвоен статус «уязвимый».

Интересные факты:

  • Отличительная особенность национального языка в Белоруссии – «яканье» (переход предударного Е в Я).
  • Названия всех ягод в белорусском звучании имеют только множественное число.
  • В белорусском языке достаточно много слов, которые не совпадают по роду и числу существительного с русским переводом.
  • Белорусским языком владеет более 70% населения, но используют его дома менее 25% (результат опросов 2013 года). Предпочитают литературу на русском языке около 93% опрошенных, а на белорусском – 5% (исследование 2014 года).

word-house.ru

История и происхождение белорусского языка.

Белорусский язык – является одним из трех восточнославянских языков, в эту же группу входят русский и украинский языки. Используется фактически только в Беларуси и является государственным языком.

Можно сказать, что белорусский язык был образован из древнерусского языка в XIV веке. В его состав вошли следующие говоры: дреговичей, древних радимичей, полоцких кривичей, смоленских, а также возможно северян.

Развитию литературного белорусского языка способствовало, то, что его употребляли в качестве государственного языка Великого княжества Литовского.

В XVI веке белорусский язык уже употребляют в светской, деловой, религиозной сферах. Производится перевод с белорусского и на белорусский в литературе. Но уже в конце XVI века в связи с колонизацией начинается вытеснение белорусского языка польским. С 1696 года польский сейм официально запрещает белорусский язык, как в государственном употреблении, так и в делопроизводстве, его продолжают использовать только при устном общении. Объединение Белоруссии с Россией в 1795 году способствовало тому, что самосознание белорусского народа пошло на подъем, а это подготовило необходимую почву для формирования нового литературного белорусского языка. А после того как произошла Октябрьская революция, белорусский народ получает право на то чтобы пользоваться белорусским языком во всех сферах культуры и государственности.

На данный момент языковая ситуация которая сложилась в Белоруссии весьма парадоксальна. Основная масса населения говорит на русском языке, и белорусская литература мало востребована, а сам язык не престижен для образования и профессионального роста. Хотя, многие школы, лицеи ведут обучение именно на белорусском языке. На белорусском языке было создано много литературных шедевров, однако сами белорусы с ними фактически не знакомы. Увы, перевод с белорусского не может полностью передать всего того, что хотел нам сказать автор.

Письменность белорусского языка. Для письма в белорусском языке используют кириллицу. Раньше, иногда использовали латиницу. В современном белорусском алфавите 32 буквы, он был составлен языковедом Б.А.Тарашкевичем, он же является автором «Белорусской грамматики для школ», которая была выпущена в 1918 году.

Белорусский язык делится на несколько диалектов – это северо-восточный и юго-западный. В результате смешения русского и белорусского языка была образована «трасянка», на ней в основном говорят в сельской местности. Литературный белорусский язык использует в основном городская интеллигенция, в тоже время городское население в основном использует для разговора русский язык.

2. Первые проявления белорусской национальной идеи в литературе, истории, этнографии

Развитие национального литературного языка, общего для всей этнической территории, требует от угнетенных народов, в первую очередь, их интеллигенции, продолжительной борьбы за расширение ее употребления во всех сферах культурной, хозяйственной, общественной и государственно-политической жизни. Окончательно эти проблемы решаются только с завоевание угнетенным народом государственной независимости. Новый белорусский литературный язык стал формироваться в первой половине ХIX в. на основании живой, много диалектического народного языка. В это время условия для развития белорусского языка не были благоприятными, поскольку основные функции в роли государственного языка выполнял русский язык. Несмотря на это, в первой половине XIX века впервые встал вопрос о самостоятельном белорусском языке, что явилось одним из факторов формирования белорусского этнического самосознания. Старобелорусский язык к этому времени сохранился только в устной форме, использовался в основном в крестьянской среде, а также частично городским населением и обедневшей шляхтой.

У истоков белорусского литературного языка стояли представители местной интеллигенции. Несмотря на то, что они считали себя этническими поляками, они интересовались культурой и языком простого населения, жившего на белорусских землях.

Ян Чачот, Александр Рыпинский, Владислав Сырокомля, Винцент Дунин-Марцинкевич и многие другие уроженцы Беларуси писали не только на польском, но и на местном языке, за которым еще в первой половине XIX века закрепилось название «белорусский», хотя, к примеру, Ян Чачот считал, что пишет на «славяно-кривичском языке», а Рыпинский называл его диалектом польского языка. Кроме этого, развитие этнографии и фольклористики в XIX — начале XX века привело к появлению огромного количества публикаций устно-поэтического творчества (песен, сказок, пословиц, поговорок), изданных в сборниках М.А.Дмитриева, И.И. Носовича. ПР. Романова, П.В. Шейна. Н.Я. Никифоровского и других, которые популяризировали белорусскую речь.

В 1886 г. в Беларуси появилась первая независимая газета «Минский листок», которая с 1902г. выходила под названием «Северо-Западный край». В ней печатались материалы по фольклору, этнографии, истории Беларуси М. Довнар-Запольского, Н. Янчука, А. Богдановича и др., стихи поэтов Я. Лучины, К. Каганца и др. За четверть века после восстания 1863 г. в легальной печати не появилось ни одного белорусского художественного произведения. На белорусском языке был издан ряд произведений за рубежом. В 1881 г. в Женеве была напечатана брошюра «Про богатство и бедность». В 1892 г. в Тильзите вышла брошюра «Дядька Антон, или Беседа обо всем, что болит, а почему болит - не знаем». В 1903 г. в Лондоне увидели свет три брошюры: «Беседа о том, куда мужицкие деньги идут», «Кто правдивый приятель бедного народа», «Как сделать, чтобы стало хорошо на свете». Все они адресовались белорусскому крестьянину и убеждали его в антинародном характере самодержавия, призывали к борьбе.

Употребление белорусского языка значительно активизировалось в конце XIX века. Его начали использовать в литературной форме такие выдающиеся писатели и поэты, как Франтишек Богушевич, Элоиза Пашкевич (Тётка), Максим Богданович. Якуб Колас, Янка Купала и многие другие, хотя их произведения не имели еще единых орфографических и грамматических норм. Исследование особенностей белорусского языка впервые на научную основу поставил Е.Ф. Карский в своем трехтомном труде «Белорусы», изданном в 1902—1922 годах. В 1906 году в Петербурге было основано белорусское издательское товарищество «Загляне сонца i у наша аконца». В этом же году увидела свет и первая легальная белорусская газета «Наша доля».

В устном народном творчестве этого времени нашли отражение события социальной и политической жизни. Значительную роль в становлении белорусской литературы сыграли Я. Борщевский, Я. Чечот, А. Рипинский и др. Ян Чечот издал шесть фольклорных сборников «Деревенские песни», Ян Борщевский издал четырехтомный сборник «Шляхтич Завальня, или Беларусь в фантастических рассказах» и т.д. Выдающимися памятниками литературы первой половины XlX века являются анонимные поэмы «Энеiда навыварат» и «Тарас на Парнасе». Первым классиком белорусской литературы стал Винцент Дунин-Мартинкевич. Впервые живой белорусский язык зазвучал в его произведении «Селянка» («Идиллия»). В начале 60-х гг. он создает свое лучшее произведение «Пинская шляхта».

studfile.net

Когда и кем был создан современный белорусский язык?

В конце декабря прошлого года белорусские СМИ не на шутку возбудились по поводу высказывания директора Российского института стратегических исследований (РИСИ), кандидата исторических наук Леонида Решетникова о том, что современный белорусский литературный язык был создан большевиками. Причём в жгучей неприязни к точке зрения уважаемого российского эксперта солидаризировались такие разные издания, как оппозиционная «Наша нива» и официальное издание Администрации президента «Советская Белоруссия». Местечковые националисты из «Нашей нивы» в ответ на слова Решетникова заявили, что «белорусскому языку более тысячи лет», а наследники большевиков из «Советской Белоруссии» обнаружили «белорусские лексемы» в древнерусском произведении «Слово о полку Игореве». И в оппозиционной, и в провластной прессе на директора РИСИ был вылит ушат хамских оскорблений, а председатель Белтелерадиокомпании

Геннадий Давыдько даже предложил ввести уголовную ответственность за подобные высказывания о «мове».

Если предложение товарища Давыдько будет реализовано, то вне закона в Белоруссии придётся объявить всю русскую и зарубежную лингвистическую науку до 1917 года. Ведь только при советской власти «беларуская мова» была кодифицирована и политическим решением объявлена отдельным от русского языком. До этого все авторитетные учёные сходились во мнении, что белорусское наречие — это диалект русского языка. Чтобы не быть голословными, приведём некоторые выдержки из научных и публицистических работ отечественных специалистов.

«Что касается до белорусского наречия, то это просто особенный способ произношения, при самых ничтожных лексических оттенках, которые порознь встречаются повсюду в России и которые равно принадлежат к общему типу русского языка, хотя не все равно могут претендовать на принятие в общий литературный язык. Во многих случаях разность белорусского наречия есть не что иное, как разность общего устного произношения против книжного правописания. Не говорим же мы так, как пишем, и если нашу устную речь записать со всеми её оттенками, то мы сами нелегко узнали бы её… Мы не отрицаем, что и белорусский говор можно при некоторых усилиях раздуть в особый язык. Но точно так же можно поступить и с особенностями простонародного костромского или рязанского говора: стоит только искусственно подбирать и развивать всё, что представляет какую-либо рознь, и вносить в местный говор речения и обороты другого языка. Вся разница только в том, что относительно белорусского наречия эта последняя процедура подручнее и удобнее благодаря присутствию польского языка, который в этих местах, где он господствовал, не остался без некоторого влияния на русский язык тамошних населений». Автор: редактор газеты «Московские ведомости» Михаил Никифорович Катков (1818−1887). Источник: Русский язык в Западном крае // Московские ведомости. 1869. 9 августа № 175.

«Если мы возьмём всю массу великорусских говоров (со включением сюда и белорусских, так как белорусское наречие есть, конечно, часть великорусского наречия) и сопоставим их со всею массою малорусских говоров, то обстоятельное сравнение особенностей тех и других не даст нам основания видеть в каждой группе особый, самостоятельный язык». Автор: академик Петербургской академии наук Алексей Иванович Соболевский (1856−1929). Источник: Лекции по истории русского языка. Киев, 1888.

«В современном народном русском языке различаются следующие главные подразделения на диалекты: говоры великорусские и малорусские; великорусские говоры разделяются на северные, или окающие, и южные, или акающие; южно-великорусские говоры делятся далее на собственно южно-великорусские (восточные) и белорусские (западные)». Автор: член-корреспондент Петербургской академии наук Василий Алексеевич Богородицкий (1857−1941). Источник: Общий курс русской грамматики. Казань, 1913.

«Каждый представитель русского племени, будь то великорус или белорус или малорус (украинец), может назвать свой родной язык русским: он русский по своему происхождению и в силу этого своего происхождения останется русским, каким бы изменениям не подвергся с течением времени… Все индивидуальные русские языки, образующие в научном и историческом отношении единое целое, один русский язык, распадаются на три главных наречия: великорусское, белорусское, малорусское». Автор: академик Петербургской академии наук Алексей Александрович Шахматов (1864−1920). Источник: Введение в курс истории русского языка. Ч. 1. Петроград, 1916.

«На востоке славянской языковой области мы находим русских, т. е. славян, говорящих на различных русских диалектах. Русская диалектная группа распадается на две больших подгруппы: северную, или великорусско-белорусскую, и южную, или малорусскую». Автор: российский и польский лингвист, профессор Казанского, Петербургского и Варшавского университетов Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ (1845−1929). Источник: Избранные труды по общему языкознанию. Т. 1. Москва, 1963.

Точно такую же позицию по вопросу белорусского наречия занимали видные иностранные учёные.

«Следуя обыкновенному разделению, признанному нами правильным, русская речь распадается на три наречия: великорусское, малорусское и белорусское, из коих каждое опять делится на несколько поднаречий. Но все эти наречия общит один письменный и книжный язык — московский, особенный род великорусского». Автор: словацкий и чешский лингвист Павел Йозеф Шафарик. Источник: Славянское народописание. Москва, 1843.

«The rules we are about to give of the pronunciation of the Russian letters, are taken from the dialect of Great-Russia, such as it is spoken at the Court, among the polished and literary world. Other dialects of the Russian tongue are those of Little-Russia, White-Russia, Novgorod, Soozdal and that of Olonetz; all of which however differ not more materially from the Moscovite dialect, than by their pronunciation and the use of some particular expressions». Автор: швейцарский лингвист Карл Филипп Рейф. Источник: English-Russian grammar, or Principles of the Russian language for the use of Englishmen. Carlsruhe, 1853.

«Russian dialects fall into two main divisions — Great (Velikorusskij), including White (Bělorusskij) Russian, and Little Russian (Malorusskij)». Источник: Энциклопедия Британника (11-е издание). Т. 23. Кембридж, 1911.

Что касается утверждений о «глубокой древности» белорусского языка, которые тиражируются «свядомыми» и государственными СМИ, то никакой научной основы у них, разумеется, нет. Так, выдающийся белорусовед Евфимий Фёдорович Карский отмечал, что «произведения Кирилла, еп. Туровского XI в., по своему языку ничем не отличаются от сочинений других русских писателей того времени» (Белорусы. Т. 3. Очерки словесности белорусского племени. Ч. 2. Старая западнорусская литература. Петроград, 1921). Западнорусский письменный язык XIV—XVII вв., который в Белоруссии называют «старобелорусским», а на Украине — «староукраинским», имеет большее сходство с русским литературным языком, нежели с «мовой». К примеру, анализ написанного Франциском Скориной предисловия к «Библии русской» (XVI век) показывает, что в нём 52 слова, сохранившихся в современном русском языке и отсутствующих в белорусском, и только 20 слов, которые сохранились в современном белорусском языке и отсутствуют в русском. На отсутствие преемственности между западнорусским языком и «мовой» указывал авторитетный филолог Николай Николаевич Дурново: «Нынешний белорусский литературный язык возник только в XIX в.; в основе его лежит один из центрально-белорусских говоров. Вследствие стремления части белорусских писателей последнего времени порвать со всеми традициями и сделать свой литературный язык отличным и от русского, и от украинского в белорусский литературный язык, особенно в язык научной прозы, вошло много чужих элементов, не свойственных ни русскому литературному языку, ни живым белорусским говорам. Ни в какой связи со старым западнорусским литературным языком XV—XVIII вв. он не стоит» (Введение в историю русского языка. Брно, 1927).

Возникший в конце XIX века белорусский литературный язык был окончательно кодифицирован только в период большевистской «белорусизации» 1920-х годов. В этот же период Е.Ф. Карский и Н.Н. Дурново подверглись репрессиям за то, что они не отреклись от своих научных взглядов относительно белорусского наречия. Видимо, скоро в Белоруссии такая же судьба ждёт последователей вышеуказанных учёных.

Кирилл Аверьянов-Минский

eadaily.com

Когда и как придумали белорусов: falyosa — LiveJournal

У историков нет единого мнения о происхождении торонимов Беларуссия, Белая Русь. Одни полагали, что Белой Русью называли земли, независимые от монголо-татар (белый – цвет свободы), другие возводили название к белому цвету одежды и волос местных жителей. Третьи противопоставляли белую христианскую Русь, черной языческой. Наиболее популярна была версия о Черной, Червонной и Белой Руси, где цвет сопоставлялся с определенной стороной света: черный с севером, белый с западом а червонный с югом.

Территория Белой Руси простиралась далеко за пределы нынешней Белоруссии. С XIII века иностранцы-латиняне именовали Белой Русью (Ruthenia Alba) Северо-Восточную Русь. Западноевропейские средневековые географы в ней почти не бывали и смутно представляли себе ее границы. Термин употреблялся и по отношению к Западнорусским княжествам, например, Полоцкому. В XVI – XVII веках термин Белая Русь закрепился за русскоязычными землями в Великом княжестве Литовском, а северо-восточные земли, наоборот, стали противопоставляться Белой Руси.

Присоединение Украины-Малороссии к России в 1654 году (не стоит забывать, что вместе с малороссийскими землями, были присоединены к Москве еще и часть белорусских) предоставило государственным идеологам отличную возможность выдвинуть концепцию братства трех народов – великорусского, малороссийского и белорусского.

ЭТНОГРАФИЯ И ДРАНИКИ


Однако, несмотря на официальную идеологию, белорусам долгое время не находилось места в науке. Изучение их обрядов и народных обычаев только начиналось, а белорусский литературный язык делал первые шаги. Более сильные соседние народы, переживавшие период национального возрождения, в первую очередь поляки и русские, претендовали на Белую Русь в качестве прародины. Главным аргументом было то, что ученые не воспринимали белорусский язык как самостоятельный, называя его диалектом то русского, то польского языка.

Лишь в XX веке удалось выделить, что этногенез белорусов проходил на территории Верхнего Поднепровья, Среднего Подвинья и Верхнего Понеманья, то есть, на территории современной Белоруссии. Постепенно этнографы выделили самобытные стороны белорусского этноса и в частности, белорусскую кухню. Картошка в белорусских землях прижилась еще в XVIII веке (в отличие от остальной России, знавшей картофельные реформы и бунты 1840-х годов) и к концу XIX века в белорусская кухня пестрила ассортиментом блюд из картошки. Драниками, например.

БЕЛОРУСЫ В НАУКЕ

Интерес к истории белорусов, появление первых научно обоснованных концепций происхождения этноса – дело начала века XX. Одним из первых за него взялся Владимир Иванович Пичета, ученик знаменитого русского историка Василия Осиповича Ключевского. Исходя из расселения славян по Повести Временных Лет, он предположил, что предками белорусов были кривичи, а также соседние с ними племена радимичей и дреговичей. В результате их консолидации и возник белорусский народ. Время возникновения определялось по выделению белорусского языка из древнерусского, в XIV веке.

Слабой стороной гипотезы было то, что летописные племена с середины XII столетия исчезают со страниц летописей и объяснить двухвековое молчание источников сложно. Но начало белорусской нации было положено, и не в последнюю роль из-за начавшегося систематичного изучения белорусского языка. В 1918 году преподаватель Петроградского университета Бронислав Тарашкевич подготовил первую его грамматику, впервые нормализовав орфографию. Так возникла так называемая тарашкевица – языковая норма, позднее принятая в белорусской эмиграции.

Тарашкевице была противопоставлена грамматика белорусского языка 1933 года, созданная в результате языковых реформ 1930-х годов. В ней было много из русского, но она закрепилась и использовалась в Белоруссии до 2005 года, когда была проведена ее частичная унификация с тарашкевицей.

В качестве примечательного факта стоит отметить, что в 1920-х годах на официальном флаге БССР фраза «Пролетарии всех стран соединяйтесь!» была написана аж на четырех языках: русском, польском, идише и тарашкевице. Тарашкевицу не стоит путать с тарасянкой. Последняя – смесь русского и белорусского языков, встречается повсеместно в Белоруссии и сейчас, чаще в городах.

БЕЛОРУСЫ ОТ ДРЕВНЕРУССКИХ ЛЮДЕЙ


После Великой Отечественной войны национальный вопрос в СССР сильно обострился и на этой почве, для предотвращения межэтнических конфликтов в идеологии Союза стало широко использоваться новое наднациональное понятие – «советский народ». Незадолго до этого, в 40-х годах, исследователи Древней Руси обосновали теорию «древнерусской народности» - единой колыбели белорусского, украинского и русского народов.

Схожего между этими двумя концепциями было немного, но бросается в глаза активное их использование СССР в указанный период. Такие черты древнерусской народности, как «общность территории, экономики, права, военной организации и, особенно, общая борьба против внешних врагов с осознанием своего единства», можно смело отнести к советскому обществу конца 40 – 60 –х годов. Конечно, идеология не подчиняла историю, но структуры, которыми мыслили ученые-историки и политики-идеологи были очень похожи.

Происхождение белорусов из древнерусской народности снимало слабые стороны «племенной» концепции этногенеза и подчеркивало постепенное обособление трех народов в XII – XIV веках. Впрочем, некоторые ученые продляют период формирования народности до конца XVI века.

Данная теория принята и сейчас: в 2011 году на праздновании 1150-летия Древнерусского государства ее положения подтвердили историки России, Украины и Белоруссии. За это время в нее внесли данные археологии, показавшей активные связи предков белорусов с балтами и финно-уграми (отсюда родились версии балтского и финно-угорского происхождения белорусов), а также исследование ДНК, проведенное в Белоруссии в 2005 – 2010 годах, доказавшие близость трех восточнославянских народов и большие генетические различия славян и балтов по мужской линии.

КАК БЕЛОРУСЫ СТАЛИ БЕЛОРУСАМИ

В Великом княжестве Литовском, в составе которого оказалась в XIII – XVI веках почти вся территория современной Белоруссии, старобелорусский язык (то есть западнорусский) был первым государственным языком – на нем велась все делопроизводство, записывали литературные произведения и законы. Развиваясь в отдельном государстве, он испытал сильное влияние польского и церковнославянского, но так и остался книжным языком.

В отличие от него разговорный белорусский, испытывая те же влияния, развивался преимущественно в сельской местности и сохранился до настоящего времени. Территория формирования белорусов не так сильно пострадала от монголо-татар. Населению постоянно приходилось бороться за свою веру – православие и против иноземной культуры.

В то же время, многое из западноевропейской культуры приживалось в Белоруссии быстрее и легче, чем в России. Например, книгопечатание, начатое Франциском Скориной почти на 50 лет раньше, чем в Московии.

Наконец, еще одним немаловажным фактором, складывания белорусской народности стал климат, более мягкий и плодородный, чем в Средней полосе России. Именно поэтому в Белоруссии на 75 – 90 лет раньше прижилась картошка. Белорусская национальная идея сформировалась позднее, чем у других народов и стремилась разрешать вопросы без конфликтов. И в этом ее сила.

falyosa.livejournal.com

Белорусский язык сформировался гораздо раньше, чем некоторые утверждают

Белорусскому языку более тысячи лет. Это очевидно уже при взгляде на линию раздела между белорусским и украинским языками на карте распространения языков.

Высказывания главы Российского института стратегических исследований (РИСИ) Решетникова насчет белорусского языка — мол, его придумали большевики — взбудоражили общество. Пропаганда Решетникова опровергается очень просто, пишет Наша Нива.

Полная русификация Беларуси наступила лишь в последние десятилетия. К середине ХХ в. абсолютное большинство людей в стране разговорило по-белорусски.

Границы распространения белорусского языка ученые зафиксировали в XIX в.

Раздел белорусских и русских говоров примерно соответствуют восточной границе Великого Княжества Литовского. Раздел польского и белорусского языков проходил по границе Подляшья, которое когда-то входило в ВКЛ, а не в Корону Польскую.

А вот по какой линии проходит раздел белорусских и украинских говоров? Она-то не совпадает ни с какими границами, известными по письменным источникам. Значит, она сформировалась еще до появления письменности у славян — по крайней мере в первом тысячелетии нашей эры.

Формирование белорусского языка чаще всего связывают с временами Великого Княжества Литовского. Сторонники теории «древнерусского единства» считают, что до того восточнославянские народы говорили на одном языке. Но есть факты, которые опровергают эту теорию.

Сейчас большинство людей разговаривает по-русски с местными фонетическими и лексическими особенностями. Но — и это удивит современную молодежь — еще 30 лет назад, в 1980-е гг. в деревнях сплошь, а в городах во многих семьях с исключительной чистотой разговаривали по-своему, в то время как по-русски не разговаривал никто, кроме приезжих из России и узкого русифицированного слоя.

«Свой язык» был господствующим абсолютно во всех неофициальных ситуациях.

Ученые в XIX и XX вв. провели глубокие исследования диалектов [С.П. Микуцкий — 1855, П.А. Гильтебрант — 1866, Е.Ф. Карский — 1904, 1905, 1917, наконец, Бузук в 1920-е гг. уточнил их в отношении Полесья].

Они показали, в том числе, и границу раздела белорусских и украинских говоров. На север это белорусские речи (хадзіць или ходзіці, рабіць или робіці, конь, лес, дзень). На юг это украинские говоры (ходыты, робыты, кінь, ліс, дэнь). И только на самой границе зафиксированы местами говоры действительно переходные: и с белорусскими, и c украинскими особенностями одновременно.

Кстати, по мнению лингвиста Федора Климчука, говор, близкий к языку Киева XI в., сегодня можно услышать в деревне Городная Столинского района — тысячу лет назад Городная была городом, а теперь это деревня, где, правда, сохранились вековые традиции местных ремесел.

Говоры в окрестностях Барановичей, Ружан, Волковыска принадлежат к юго-западным диалектам белорусского языка. Литературный же язык, напомню, сформировался на основе среднебелорусских говоров (пояс Вильнюс—Минск—Гомель).

Я говорю здесь о языке, а не национальной самоидентификации.

«Национальность» — это позднее образование, конструкт современной эпохи. Национальности появились позже самоназваний, а языки, культурные, этнические общности сформировались в древности, когда людям еще не было нужды себя как-либо называть в национальном контексте.

Первое сохранившееся на наших землях самоназвание по государственной и религиозной принадлежности — это «русь, русские, русские люди» — подданные Руси, паства «русской церкви». И еще «литвины, литва, литовские люди» — подданные Литвы, жители Великого Княжества Литовского. Именно эти названия сохранились, благодаря длинной наличию соответствующей Церкви и существовавшего в недалеком прошлом государства. Во времена же тех, первых, общностей люди делили человечество на «своих» и «несвоих». «Говори по-своему» — эта скромная формула ранней самоидентификации дожила до наших дней.

Если допустить, что до появления ВКЛ и Речи Посполитой существовали только племенные диалекты, а языки и культуры разошлись в XIII—XVI вв., то их границы должны совпадать с некими границами тех времен. А не совпадают!

Некоторые утверждают, что белорусский и украинский языки разделились после Люблинской унии. Но граница Великого Княжества и Короны проходила не там, где проходит раздел белорусских и украинских говоров сегодня!

Никакой государственной границы, границы «систем просвещения» или религиозной, границы «государственных, канцелярских» языков по этой линии никогда во времена Великого княжества Литовского, Речи Посполитой, Российской империи, СССР не существовало.

И массовых миграций — когда большинство населения заменялось бы другим — письменная история не зафиксировала.

Как известно, раздел языков, диалектов проходит по границам современных или существовавших в истории государств, отдельных территориальных единиц. Или по границам расселения древних племен.

Необходим весьма продолжительный временной период, чтобы сформировался отдельный язык. Скажем, сербы и хорваты образовали отдельные государства, приняли разные религии, жили в разных государствах на протяжении тысячи лет и даже имели неприязненные отношения, но при этом говорили на одном языке, который долгое время называли сербскохорватским. А жители, например, Волковыска и Луцка, Турова и Дубровицы начиная с летописных, с Х века, времен жили на территории одних и тех же государствах, с одной системой просвещения, одной религией, но в итоге в ХХ в. по-прежнему говорили на разных языках: одни «дзекали», а другие «икали».

Как объяснить столь выраженный раздел этих языков?

Очевидно, что расхождение (лингвистический термин) белорусского и украинского языков произошло раньше, чем появилось ВКЛ, т.е. ранее XIII в.

А раньше — это когда? Ученые дают несколько объяснений.

Федор Климчук относит формирование белорусского языка ко временам так называемой банцеровско-тушемлинско-колочинской культуры (начало V — первая половина VIII в. н. э.). Он обращает внимание на совпадение ее археологического ареала и зоны белорусских говоров.

Именно тогда, утверждает выдающийся российский историк Валентин Седов, на территории Беларуси шла метисизация славян с балтами. Причем Седов связывает ускорение этого процесса с приходом в район Днепра, Двины и Немана славян с Дуная. Они стали перемещаться оттуда группами, гонимые волнами кочевников (гуннов, затем — аваров), которые заняли Подунавье. И они привнесли в Беларусь опыт, сформированный культурными влияния и хозяйственными практиками окраин бывшей Римской империи. На тот момент на территории Беларуси уже сосуществовали другие славяне и балты, к ним присоединились дунайские славяне, заключает на основе археологических данных Валентин Седов.

Кстати, генетические исследования показали совпадение некоторых особенностей белорусов именно с дунайскими народами (по ряду других особенностей белорусы родственны русскими и украинцами).

Валентин Седов в своих работах по истории славян показал, насколько границы археологических культур, а позже — государств, совпадают с ареалами ныне существующих диалектов и языков. Однако, конкретно, факт белорусско-украинского языкового раздела остался, видимо, вне его вниманием.

С тех давних времен, о которых писал Седов, не осталось письменных памятников. Только городища — и весьма мощные городища.

Примечательно, что городище Банцеровщина, которое по своим размерам и расположению могло быть одним из «центров» той первой «белорусской общности», находилось как раз таки под Минском, который, благодаря своему географическому положению, в центре Беларуси, стал столицей БНР, а впоследствии и БССР.

Климчук полагает, что именно в те долетописные, относительно спокойные времена, произошла консолидация населения в трех регионах (Беларусь, Западная Россия и Северная Украина) и образовались этнокультурные общности, давшие основу современным белорусам, украинцам, русским.

Если развить мысль Климчука, можно заключить, что во времена «Повести временных лет» белорусские говоры уже существовали, и именно на них разговаривали кривичи, дреговичи, радимичи. И украинские говоры тогда уже существовали, на них говорили поляне, волыняне, древляне и т.д. И русские говоры тоже существовали, на них говорили славяне, вятичи, плюс, рано ассимилированные чудь, мурома, мещера…

Тот факт, что раздел белорусского и украинского языков не совпадает ни с какими ни государственными, ни административными границами времен после образования Великого Княжества Литовского, может быть объяснено лишь тем, что белорусский и украинский языки сформировались раньше, чем появились первые летописные государства и «лоскутная империя Рюриковичей», т.н. Киевская Русь.

Никакого иного объяснения этого языкового раздела нет.

* * *

Несколько справочных моментов

«Древнерусское единства» — азбучный миф российской имперской историографии. Мол, был единый народ, а потом его разъединили. За отрицание древнерусского единства при Советской власти в самые худшие времена историк мог угодить в Сибирь, а в лучшие — потерять работу.

Язык — мощная основа наций Восточной Европы. Языковое единство веками совпадало с культурным единством: едиными нормами жизни, стандартами работы, морали. Как раз таки на основе древнего языкового единства и возникли национальные идеи Нового времени. Народы — это давние и жизнестойкие общности.
 

thinktanks.by

Почему мы не говорим по-белорусски, речь Радзивиллов, история дзеканья и связь биткоина с соленым салом

Наш эксперт - кандидат филологических наук Дмитрий Дятко, заведующий кафедрой белорусского языкознания Белорусского государственного педагогического университета имени Максима Танка.

1. Можно ли сказать точно, когда появился белорусский язык?

- В свое время академик Евфимий Карский пришел к заключению: основные черты нашего языка сложились в XIII веке. Эта гипотеза подтверждается и современной наукой. Считается, что в законченном виде белорусский сформировался на основе смоленско-полоцких, новогрудско-гродненских и турово-пинских говоров в XIV - XVI веках. В это время земли современной Беларуси входили в состав Великого Княжества Литовского.

Особенности старобелорусского языка отражены в письменных памятниках - грамотах, актах, договорах, летописях, уставах, законах. Наиболее крупные - «Судебник короля Казимира Ягайловича 1468 года» и различные статуты. Например, Вислицкий, переведенный с латыни в начале XV века, и статуты ВКЛ. А летописи на основе местного материала существовали уже в середине XII века, скажем, «Полоцкая летопись».

2. Всегда ли наш язык назывался белорусским?

- Нет, и в этом нет ничего удивительного. Ведь и сами белорусы не всегда именовались белорусами. Этот этноним известен с конца XVI века. В разные эпохи язык жителей территории Беларуси называли и «простай мовай», и «старобелорусским языком», и «руським языком», и «русинским языком», и «литовским языком», и «западнорусским письменным языком»... Привычный нам термин «белорусский язык» (язык, а не наречие!) используют с начала ХХ века.

Кандидат филологических наук Дмитрий Дятко говорит, что уже в XIV − XVI веках существовало дзеканье, цеканье, затвердевший звук р, аканье. Фото: Святослав ЗОРКИЙ

Кандидат филологических наук Дмитрий Дятко говорит, что уже в XIV − XVI веках существовало дзеканье, цеканье, затвердевший звук р, аканье.Фото: Святослав ЗОРКИЙ

3. Какие особенности белорусского языка дошли с древности до нас?

- Со школьной скамьи многие помнят строки Пимена Панченко про «звонкое дзе» и «густое чаго». Эти особенности белорусского языка возникли в древности и закрепились в речевой практике. Уже в XIV − XVI веках существовало дзеканье, цеканье, затвердевший звук р, аканье. Примерно тогда стали употребляться и диалектизмы: багна, вавёрка, воўна, вырай, гай, грэбля, жыта, збожжа, крыніца, смага, брахаць, жадаць, лагодзіць. Другие слова, понятные и русским, и украинцам, приобрели звуковые черты белорусского языка: аржаны, іржа, возера, вока, дрыжаць, крывавы.

4. Знаем ли мы, на каком языке разговаривали Витовт, Радзивиллы, Сапеги, Скорина?

- В соответствии со Статутом ВКЛ (1566 и 1588 годов) старобелорусский язык был наделен статусом государственного. Иными словами, это был язык законодательства и канцелярии. Поэтому нет сомнений, что вся правящая верхушка того периода и представители, как бы сейчас сказали, творческой интеллигенции им владели очень хорошо.

Но во времена ВКЛ многие представители магнатских родов обучались в Европе и часто знали по несколько языков. Это Радзивиллы, Сапеги, Кишки. Например, Франтишка Уршуля Радзивилл писала пьесы по-польски и по-французски, а Удальрик Криштоф Радзивилл свободно владел греческим, немецким, французским, итальянским, английским, польским языками.

5. Когда стали говорить на том белорусском языке, который близок к современному нам?

- Полагаю, современный белорус вполне смог бы понять жителя Беларуси, скажем, XVI века, который пользовался старобелорусским языком. За время полонизации и русификации XVII - XIХ веков наш язык практически утратил литературную, письменную форму. При этом им продолжали пользоваться в униатских школах и церквях. На нем общались мелкая шляхта, ремесленники и крестьяне, это был язык фольклора. Немногие письменные тексты написаны по-белорусски в XVI - XVII веках. Но они свидетельствуют: звуковой состав и грамматический строй белорусского языка тогда незначительно отличались от современной фонетики и грамматики.

На границе XVII - XIХ веков наблюдалось национальное пробуждение европейских народов и формирование новых литературных языков. Интенсивность зависела от политической ситуации и отсутствия собственной государственности. Отсюда и некоторая замедленность процесса формирования нового белорусского литературного языка. Кстати, как и языков сербов, хорватов, македонцев, словаков. С середины XIХ века через речевую практику вырабатывались языковые стандарты. И к моменту образования БНР и БССР белорусский был способен обслуживать большинство сфер жизни. Язык белорусов периода национального возрождения 1920-х и современный литературный язык - по сути тот же самое.

6. Как часто реформировался белорусский язык?

- Живой язык эволюционирует постоянно по множеству внутренних законов, это естественный и обязательный процесс. А вот внешние реформы языка обусловлены чаще всего политикой. Официально реформа белорусского языка была одна - в августе 1933 года. Совнаркомом «для воспитания рабочих в духе пролетарского интернационализма» было принято постановление «Об изменении и упрощении белорусского правописания». Оно существенно повлияло на орфографию, затронуло произношение, лексику и грамматику. В результате белорусское правописание и грамматика максимально приближались к русскому языку. Например, перестало передаваться аканье в «интернационально-революционных словах»: пролетарыят, Комінтэрн, совгас, комсамол. Иноязычные имена собственные также не подчинялись аканью: Чэрэпанаў, Орджанікідзе, Жэлезнов. Ликвидировался на письме мягкий знак для обозначения ассимиляционной мягкости: свет, злёт, калоссе (вместо сьвет, зьлёт, калосьсе). Изменялись написание и произношение ряда слов на русский манер, например марксізм, сістэма, універсітэт (до того – марксызм, сыстэма, універсытэт) и так далее.

Особенности старобелорусского языка отражены в письменных памятниках - грамотах, актах, договорах, летописях, уставах, законах. Фото: Артем БАЗАРОВ

Особенности старобелорусского языка отражены в письменных памятниках - грамотах, актах, договорах, летописях, уставах, законах. Фото: Артем БАЗАРОВ

7. Сколько слов сегодня в белорусском языке?

- Об объеме словарного запаса любого языка можно судить лишь приблизительно. Тем более какие-то слова выходят из употребления. Сейчас уже, видимо, только лингвисты знают, что балонка - это оконное стекло либо страница книги, лемантар - букварь, атрамант - чернила и так далее. И, наоборот, в язык приходят новые слова, например, асамбляж, арт-бук, авердрафт, дэмаальбом, квазігрошы, біткоін. Наиболее интенсивно, примерно 1% в год, «омолаживается» молодежный жаргон.

Некоторым ориентиром могут служить словари. Так, самый объемный из существующих, уникальный «Вялікі слоўнік беларускай мовы» Федора Пискунова, содержит около 223 тысяч слов. Если прибавить к этой цифре сотни тысяч терминов и диалектных слов, думаю, получится около 1 млн. слов, а возможно, и больше. Эти цифры сопоставимы с развитыми языками мира. В свое время компания Global Language Monitor попробовала выяснить количество слов английского языка. В результате получилось около 1 миллиона 5 тысяч слов.

8. Как чаще всего пополняется словарный запас нашего языка?

- Во-первых, слова заимствуются из других языков. В современных условиях таким языком чаще всего является английский. Именно из него пришли такие слова, как бокс, футбол, мітынг, бізнес, парламент, дызайн, джынсы, джэм, джунглі, супермен, дэфолт, офіс, холдынг, слэнг, хот-дог и прочие. На мой взгляд, к заимствованиям подходит «принцип соленого сала»: сколько соли не сыпь, сало возьмет, сколько надо. То есть только удачные и нужные заимствования останутся в языке.

Второй способ пополнения - это перенос слов из диалектного языка в литературный. Возможно, он же и самый безболезненный для языка. С вымиранием деревень и сокращением числа сельских жителей такая «зона подпитки» существенно сужается.

Третье - образование новых слов. Так, в свое время слова мілагучны, адлюстроўваць, дабрабыт, мэтазгодны были введены поэтом Владимиром Дубовкой. Новые слова возникают и сейчас.

9. Насколько развита терминология белорусского языка?

- Белорусская терминология, как мне кажется, отличается очень хорошей степенью проработки. Причем теория термина у нас начала развиваться на несколько десятилетий раньше, чем в русском языкознании: в конце 1910-х - начале 1920-х. По терминологии защищено с полтора десятка диссертаций, изданы сотни словарей терминов, толковых и переводных, по разным отраслям науки, техники, культуры. Но пока немногие представители точных и естественных наук пользуются в профессии белорусским.

10. Можно ли сказать, какая часть населения страны реально пользуется белорусским языком повседневно и почему, к примеру, в Литве или Латвии сохранили свой язык как основной?

- Некоторая проблема с использованием родного языка в Беларуси, на мой взгляд, касается в основном крупных городов. Да, тут сложно услышать белорусский литературный язык. Изменить ситуацию в состоянии либо гражданское общество, либо государство. В абсолютном же большинстве деревень нашей страны распространен чистейший белорусский диалектный язык. По незнанию его иногда называют «трасянкай», но это неправильно.

Причины того, что белорусы далеко не всегда могут говорить по-белорусски без ошибок и, главное, не хотят это делать - разные. Из наиболее серьезных - слабая историческая память. Это не полностью сформированное национальное сознание и потребность пользоваться национальным языком. Вторая причина - незнание. Даже те, кто желал бы говорить по-белорусски, иногда не уверены в своем совершенном владении литературными нормами. Не лучшим образом повлияла на ситуацию советская идея слияния наций и их культур. Ведь после Великой Отечественной войны белорусский преподавался, в основном, в сельских школах. А в 1970-х - начале 1980-х (это не секрет) в Минске нашим литературным языком пользовалось только около 2 - 3% жителей - в основном гуманитарии.

Сейчас ситуация меняется, белорусский постепенно элитаризируется. А чтобы сегодня земляки начали сплошь говорить по-белорусски, нужна мотивация. Люди должны понять, что без знания родного языка нельзя будет получить престижное образование, сделать успешную карьеру, заниматься бизнесом. И тут дилемма. С одной стороны, глобализация: теперь без знания английского, немецкого и других языков жить достаточно сложно. С другой - никто в Беларуси не пользуется этими языками в повседневной жизни, они не смогут стать языками нашей национальной культуры.

КСТАТИ

А переведите на русский «я люблю суседку, але кахаю жонку»!

- Само по себе условное количество лексики языка ни о чем не говорит. Когда меня пробуют убедить, что белорусский язык бедный, я предлагаю перевести на русский язык фразу «я люблю суседку, але кахаю жонку». Хорошим примером богатства белорусского языка служит стихотворение Сергея Граховского «Ветразь». В нем только исконно белорусские слова, что отсутствуют в русском языке:

У выраі ветразь знікае

За хваляй, нібы на спачын,

І змора яго не злякае,

Не спыніць тугой далячынь.

У змроку зіхоткая здрада

Завабіць хлуснёй у віры,

На золку сканае прынада

І кволы прамень на жвіры.

Раптоўна згаданыя мроі

У карунках пяшчотнай тугі

Павольна знікаюць, як строі,

У бязважкасці кволай смугі.

Знікае ўсхвалёваны ветразь:

З кунегаю пільна сачу,

Як водар аздобіў паветра,

І ў бездані знічкі лічу.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В Полоцке нашли печать Евфросинии Полоцкой и первый белорусский чертеж

Также стало ясно, что храм строили 30 недель, но за несколько сезонов (читать далее)

Отпечаток пальца XII века рассказал, кто строил Коложу

Оказалось, строителем знаменитой церкви в Гродно был 30-летний мужчина (читать далее)

Крест самоубийцы, первая белорусская ложка и подвески из зубов

Кроме нашумевших раскопок в Полоцке, где свету явились связанные с Евфросинией Полоцкой артефакты и строения, было немало интересных археологических находок по всей стране (читать далее)

www.kp.by

Когда и кем был создан современный белорусский язык?

В конце декабря прошлого года белорусские СМИ не на шутку возбудились по поводу высказывания директора Российского института стратегический исследований (РИСИ), кандидата исторических наук Леонида Петровича Решетникова о том, что современный белорусский литературный язык был создан большевиками. Причём в жгучей неприязни к точке зрения уважаемого российского эксперта солидаризировались такие разные издания, как оппозиционная «Наша нива» и официальное издание Администрации президента «Советская Белоруссия». Местечковые националисты из «Нашей нивы» в ответ на слова Решетникова заявили, что «белорусскому языку более тысячи лет», а наследники большевиков из «Советской Белоруссии» обнаружили «белорусские лексемы» в древнерусском произведении «Слово о полку Игореве». И в оппозиционной, и в провластной прессе на директора РИСИ был вылит ушат хамских оскорблений, а председатель Белтелерадиокомпании Геннадий Давыдько даже предложил ввести уголовную ответственность за подобные высказывания о «мове».

Если предложение товарища Давыдько будет реализовано, то вне закона в Белоруссии придётся объявить всю русскую и зарубежную лингвистическую науку до 1917 года. Ведь только при советской власти «беларуская мова» была кодифицирована и политическим решением объявлена отдельным от русского языком. До этого все авторитетные учёные сходились во мнении, что белорусское наречие — это диалект русского языка. Чтобы не быть голословными, приведём некоторые выдержки из научных и публицистических работ отечественных специалистов.

«Что касается до белорусского наречия, то это просто особенный способ произношения, при самых ничтожных лексических оттенках, которые порознь встречаются повсюду в России и которые равно принадлежат к общему типу русского языка, хотя не все равно могут претендовать на принятие в общий литературный язык. Во многих случаях разность белорусского наречия есть не что иное, как разность общего устного произношения против книжного правописания. Не говорим же мы так, как пишем, и если нашу устную речь записать со всеми её оттенками, то мы сами нелегко узнали бы её… Мы не отрицаем, что и белорусский говор можно при некоторых усилиях раздуть в особый язык. Но точно так же можно поступить и с особенностями простонародного костромского или рязанского говора: стоит только искусственно подбирать и развивать всё, что представляет какую-либо рознь, и вносить в местный говор речения и обороты другого языка. Вся разница только в том, что относительно белорусского наречия эта последняя процедура подручнее и удобнее благодаря присутствию польского языка, который в этих местах, где он господствовал, не остался без некоторого влияния на русский язык тамошних населений». Автор: редактор газеты «Московские ведомости» Михаил Никифорович Катков (1818−1887). Источник: Русский язык в Западном крае // Московские ведомости. 1869. 9 августа № 175.

«Если мы возьмём всю массу великорусских говоров (со включением сюда и белорусских, так как белорусское наречие есть, конечно, часть великорусского наречия) и сопоставим их со всею массою малорусских говоров, то обстоятельное сравнение особенностей тех и других не даст нам основания видеть в каждой группе особый, самостоятельный язык». Автор: академик Петербургской академии наук Алексей Иванович Соболевский (1856−1929). Источник: Лекций по истории русского языка. Киев, 1888.

«В современном народном русском языке различаются следующие главные подразделения на диалекты: говоры великорусские и малорусские; великорусские говоры разделяются на северные, или окающие, и южные, или акающие; южно-великорусские говоры делятся далее на собственно южно-великорусские (восточные) и белорусские (западные)». Автор: член-корреспондент Петербургской академии наук Василий Алексеевич Богородицкий (1857−1941). Источник: Общий курс русской грамматики. Казань, 1913.

«Каждый представитель русского племени, будь то великорус или белорус или малорус (украинец), может назвать свой родной язык русским: он русский по своему происхождению и в силу этого своего происхождения останется русским, каким бы изменениям не подвергся с течением времени… Все индивидуальные русские языки, образующие в научном и историческом отношении единое целое, один русский язык, распадаются на три главных наречия: великорусское, белорусское, малорусское». Автор: академик Петербургской академии наук Алексей Александрович Шахматов (1864−1920). Источник: Введение в курс истории русского языка. Ч. 1. Петроград, 1916.

«На востоке славянской языковой области мы находим русских, т. е. славян, говорящих на различных русских диалектах. Русская диалектная группа распадается на две больших подгруппы: северную, или великорусско-белорусскую, и южную, или малорусскую». Автор: российский и польский лингвист, профессор Казанского, Петербургского и Варшавского университетов Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ (1845−1929). Источник: Избранные труды по общему языкознанию. Т. 1. Москва, 1963.

Точно такую же позицию по вопросу белорусского наречия занимали видные иностранные учёные.

«Следуя обыкновенному разделению, признанному нами правильным, русская речь распадается на три наречия: великорусское, малорусское и белорусское, из коих каждое опять делится на несколько поднаречий. Но все эти наречия общит один письменный и книжный язык — московский, особенный род великорусского». Автор: словацкий и чешский лингвист Павел Йозеф Шафарик. Источник: Славянское народописание. Москва, 1843.

«The rules we are about to give of the pronunciation of the Russian letters, are taken from the dialect of Great-Russia, such as it is spoken at the Court, among the polished and literary world. Other dialects of the Russian tongue are those of Little-Russia, White-Russia, Novgorod, Soozdal and that of Olonetz; all of which however differ not more materially from the Moscovite dialect, than by their pronunciation and the use of some particular expressions». Автор: швейцарский лингвист Карл Филипп Рейф. Источник: English-Russian grammar, or Principles of the Russian language for the use of Englishmen. Carlsruhe, 1853.

«Russian dialects fall into two main divisions — Great (Velikorusskij), including White (Bělorusskij) Russian, and Little Russian (Malorusskij)». Источник: Энциклопедия Британника (11-е издание). Т. 23. Кембридж, 1911.

Что касается утверждений о «глубокой древности» белорусского языка, которые тиражируются «свядомыми» и государственными СМИ, то никакой научной основы у них, разумеется, нет. Так, выдающийся белорусовед Евфимий Фёдорович Карский отмечал, что «произведения Кирилла, еп. Туровского XI в., по своему языку ничем не отличаются от сочинений других русских писателей того времени» (Белорусы. Т. 3. Очерки словесности белорусского племени. Ч. 2. Старая западнорусская литература. Петроград, 1921). Западнорусский письменный язык XIV—XVII вв. еков, который в Белоруссии называют «старобелорусским», а на Украине — «староукраинским», имеет большее сходство с русским литературным языком, нежели с «мовой». К примеру, анализ написанного Франциском Скориной предисловия к «Библии русской» (XVI век) показывает, что в нём 52 слова, сохранившихся в современном русском языке и отсутствующих в белорусском, и только 20 слов, которые сохранились в современном белорусском языке и отсутствуют в русском. На отсутствие преемственности между западнорусским языком и «мовой» указывал авторитетный филолог Николай Николаевич Дурново: «Нынешний белорусский литературный язык возник только в XIX в.; в основе его лежит один из центрально-белорусских говоров. Вследствие стремления части белорусских писателей последнего времени порвать со всеми традициями и сделать свой литературный язык отличным и от русского, и от украинского в белорусский литературный язык, особенно в язык научной прозы, вошло много чужих элементов, не свойственных ни русскому литературному языку, ни живым белорусским говорам. Ни в какой связи со старым западнорусским литературным языком XV—XVIII вв. он не стоит» (Введение в историю русского языка. Брно, 1927).

Возникший в конце XIX века белорусский литературный язык был окончательно кодифицирован только в период большевистской «белорусизации» 1920-х годов. В этот же период Е.Ф. Карский и Н.Н. Дурново подверглись репрессиям за то, что они не отреклись от своих научных взглядов относительно белорусского наречия. Видимо, скоро в Белоруссии такая же судьба ждёт последователей вышеуказанных учёных.

Кирилл Аверьянов-Минский

allpravda.info

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *